Последствия закона об изоляции рунета для отечественных разработчиков ПО

12-го февраля и 11-го апреля в первом и втором чтениях Государственной Думой был принят скандальный закон об устойчивой работе рунета. Третье чтение состоится 16 апреля, а далее закон ожидают рассмотрение в Совете Федерации и утверждение главой государства. Но всё это формальности и закон почти гарантированно будет принят. Давайте разберёмся, что этот закон требует, от кого и к каким последствиям выполнение его требований приведет.

Скажем прямо — за многословными речами депутатов прячется очень серьезная новация — закон передает Роскомнадзору полномочия по непосредственному управлению маршрутизацией интернет-трафика, а после принятия федеральным правительством соответствующего постановления — полномочия проводить “учения” по проверке устойчивости работы Интернет, непосредственно на “живой” сети связи .

Это прямо прописано в законе, в финальной части которого сформулированы изменения для внесения в статью 15 закона “Об информации, информационных технологиях и защите информации”. 

Самая важная часть закона в его концовке, всё остальное лишь подготовка к финальной части и её маскировка.

Сейчас, технология ограничения доступа к сайтам и сервисам из “чёрного списка” определяется интернет-провайдерами. Роскомнадзор указывает к чему следует ограничить доступ, грубо проверяет выполнение интернет-провайдером блокировки, но не определяет то как блокировка осуществляется и если эффективность ограничения доступа небольшая — ничего с этим поделать не может.

С принятием нового закона блокировка будет осуществляться при помощи “технических средств противодействия угрозам” — оборудованию, устанавливаемому в системы интернет-провайдеров государством и прямо управляемому непосредственно Роскомнадзором.

Причины прямого наделения федерального органа власти чрезвычайными цензурными полномочиями вполне понятны — это желание российского политикума предотвратить возможность протестной агитации или самоорганизации народа в протестные группы в условиях ухудшения экономического положения большинства жителей страны. Они видели события “майдана” на Украине, смещения авторитарного режима в Армении и крайне затруднительное положение авторитарного режима в Венесуэле и желали бы иметь инструмент лишающий возможных протестующих средств связи, координации, доступа к СМИ.

Оправданы ли страхи представителей российской политической элиты перед протестами или нет, получат ли они на выбранном пути эффективный инструмент их подавления — вопросы заслуживающие отдельного рассмотрения и привлечения к нему специалистов в соответствующих областях. Автор таковым специалистом не является и желал бы рассмотреть иной род последствий принятия закона — риски для российской отрасли разработки программного обеспечения и интернет-сервисов, а также его влияние на рынок труда.

Российские компании — разработчики ПО и интернет сервисов, могут быть разделены на две большие группы:

  • ориентированные на  внешние рынки;
  • ориентированные на внутренний рынок России.

Разработчики ПО очень зависят от возможности доступа к иностранным интернет сервисам — github.com,  bitbucket.org, debian.org, ansible.com, hub.docker.com, npmjs.com и прочим, аналогов которым в России нет и скорее всего не будет. Разработчики ПО ориентированные на экспорт также крайне зависят от возможности размещать разработанное ПО на иностранных хостингах или от доступности российских хостингов для иностранных клиентов.

Невозможность отправить новую версию программы на amazone.com сделает её недоступной для иностранных клиентов и обессмыслит все работы и затраты по её разработке. К аналогичному результату приведёт и невозможность доступа из США к местному хостингу на котором работает приложение предназначенное для американских клиентов.

Как наверное уже понял читатель, подобные события гарантированно будут приводить к расторжению контрактов с российскими разработчиками и их разорению. Клиент платит за готовый, предоставленный в срок и работоспособный продукт.

Почему же следует считать, что ограничение доступа к тем или иным сайтам по распоряжению правительства обязательно затронет ресурсы технической направленности?  Разумно было бы предположить, что будут блокироваться сайты политической тематики и не будут блокировать репозитории исходных кодов.

В теории это весьма здравое размышление, но практика его совершенно опровергает.

Весной 2018-го года по решению суда был заблокирован сервис Telegram. Разработчики сервиса с этим не согласились и включили заранее разработанные меры противодействия блокировке. Их клиентская программа поддерживала список резервных ip адресов сервиса и постоянно его обновляла, в результате чего ограничение доступа к Telegram было (и остаётся) практически неэффективным.

Роскомнадзор в свою очередь устроил “ковровый бан” ip адресов используемых серверами Telegram — он просто блокировал целые подсети, в которых находил хотя бы один ip используемый сервером Telegram. В пике маразма с территории России было недоступно несколько миллионов ip адресов.

Под блокировку попали сервисы управления бойлерами, система сбора данных об уровне радиации, сервис одного из российских банков, пострадали платёжные системы и средства распространения модулей для языка python и неизвестное, видимо весьма большое количество интернет-магазинов и сайтов различных организаций.

Несмотря на всю устроенную вакханалию и хаос, руководитель Роскомнадзора Жаров А.А. не только не был привлечен к ответственности, но и сохранил свой пост — что говорит о полнейшем одобрении его деятельности как правительством, так и главой государства.

Последствия закона об изоляции рунета для отечественных разработчиков ПО
График блокировки ip адресов Amazon и Google во время «войны» Роскомнадзора с Telegram / фото: Meduza

В ходе весенней борьбы с Telegram Роскомнадзор на несколько дней сделал недоступным для части пользователей из России хостинг amazone.com, были замечены проблемы с возможностью сборки приложений написанных на python. Все попытки пострадавших от “коврового бана” организаций защитить свои права или добиться возмещение ущерба в судах на момент написания статьи к успеху не привели.

Одобрение “коврового бана” на высочайшем уровне и возможность непосредственно управлять блокировками доступа к любому сайту или сети в совокупности с полномочиями проводить “учения” заставляют задуматься — а не повторятся ли весенние события вновь с ещё большей силой?

Нужно быть честными — не просто нет гарантий их неповторения. Сочетание высочайшего одобрения, новейших инструментов и полномочий — это залог того, что новые “ковровые баны” почти гарантировано случатся.

Новый закон создает огромный риск невозможности продолжения работы в России для разработчиков ПО и интернет сервисов ориентированных на внешние рынки. Что будут делать компании разработчики ПО в подобных обстоятельствах?  Ответ также очевиден — переносить, хотя бы частично рабочие места из России в соседние страны: Прибалтику, Белоруссию, Польшу, возможно на Украину или в Западную Европу.  Ряд крупных компаний, например Luxoft, так уже сделали. По правилам Luxoft в одной стране не должно находится более четверти рабочих мест.

Компании — экспортёры ПО — будут постепенно выводить рабочие места из России.

Безусловно это не будет одномоментный или тотальный процесс. Какое то количество рабочих мест останется в России, а те что будут перенесены, будут выводится постепенно в течении как минимум года, скорее даже нескольких лет.

Скорость вывода рабочих мест будет зависеть от практического применения Роскомнадзором новых возможностей. В том случае, если он проведёт новую компанию по борьбе с Telegram или каким-либо другим сервисом с той же грацией слона в посудной лавке, как сделал это весной 2018-го года — вывод рабочих мест станет виден невооруженным глазом.

Уменьшение количества рабочих мест для разработчиков в России приведет к падению зарплат программистов, тестировщиков и прочих связанных с разработкой специалистов.

Насколько упадут зарплаты и за какое время сейчас предсказать сложно, но то, что это произойдёт — почти свершившейся факт. Уменьшение зарплат программистов, потянет, пусть и несильно вниз доходы в других сферах — ритейле, строительстве и пр.  Программисты станут меньше получать и значит меньше покупать.

Что особо забавно, падение доходов может привести и к росту политизации ИТ- работников.

Не все, чьи рабочие места будут вынесены из России уедут. Многие, в силу разных причин останутся. И те кто останутся окажутся в худших чем раньше условиях. Тот кто был вчера состоявшимся и аполитичным бизнес-аналитиком или java разработчиком — завтра, лишившись рабочего места и перспектив, может стать сторонником того или иного оппозиционного течения.

Давайте теперь рассмотрим ситуацию с цифрами :

  • Россия экспортирует в год на 400 миллиардов долларов США;
  • По данным отраслевой ассоциации экспорт ПО из страны составляет 9 миллиардов долларов;  
  • Рост экспорта ПО за прошлый год составил до 19%;  
  • Военно-промышленный комплекс экспортирует примерно на 17 миллиардов долларов в год;
  • Sony продаёт игровых приставок примерно на те же 17 миллиардов в год.
Последствия закона об изоляции рунета для отечественных разработчиков ПО
Экспорт ПО из России по данным Руссофт

Если экстраполировать в будущее текущие цифры роста экспорта ПО, что несколько оптимистично и не лишено оснований, то через 5 лет он должен был сравнятся с текущими величинами экспорта вооружений и военной техники.

Это именно тот случай когда мы в живую можем видеть как происходить столь обсуждаемая “диверсификация экономики”. Но увы, похоже, что желаемая диверсификация, развитие страны и благополучие людей приносится в жертву страхам представителей российской правящей элиты.

 

Используемые источники:

 

  1. http://sozd.duma.gov.ru/download/62955992-5EA7-4CF1-A265-0447CCE010A
  2. https://habr.com/ru/company/rusonyx/blog/440084/
  3. https://meduza.io/short/2018/04/17/skolko-adresov-zablokiroval-roskomnadzor-dlya-ogranicheniya-dostupa-k-telegram-grafik
  4. http://www.cnews.ru/news/top/2018-02-20_sanktsii_ne_pomeha_eksport_rossijskogo_softa
Добавить комментарий